Белорусам на заметку…
20/08/2020
Национал-коммунизм: как латыши третировали русских в «оккупированной» Латвии
24/08/2020
Показать все

Индивидуализм vs Коллективизм

Как-то на первом курсе института мы разговорились с товарищем на тему того, зачем все это нужно — учеба, экзамены, «пары», дипломы… Его позиция уже тогда была обычной: знаний, нужных в «реальной» жизни, ВУЗ не дает, поступить туда заставили родители, а надобности слушаться их (или учителей) после достижения — уже нет. Слово за слово, дошли до того, что человек вообще в жизни ничего не «должен» и никому не «обязан».

Да, конечно, — говорил мой товарищ — чтобы современный человек вырос и вошёл в жизнь, требуются значительные вложения и государства, и семьи. Заграницей вообще принято после окончания учёбы выплачивать «кредиты» и тем, и тем. Но у ребёнка же нет выбора: принимать на себя эти «долги» — или нет. Даже классический аргумент о том, что, мол, родители дали тебе величайший дар — жизнь — простая патетика. Во-первых, никто об этом не просил. Во-вторых, делалось это либо из собственных интересов, либо по случайности: не считали бы ребёнка нужным — не рожали бы. В-третьих (внутренне продолжал я), радость появления на свет сильно преувеличена. Уже в уста древнейших мыслителей — Гомера и Гесиода — вкладывалась «мудрость Силена» (греческого демона): «лучшее для человека — вообще не рождаться, а если родился, то поскорее умереть».

В общем, тогда я на практике столкнулся с классическим конфликтом частных и общих интересов. В наше время всем твердят про «индивидуализм», «конкуренцию», «личный успех» и так далее. Вытаскиваются из закромов любые теории, подтверждающие простой тезис: в обществе есть немного «настоящих», «успешных» людей — и подавляющее большинство недочеловеков, тупых и ленивых. И правильно будет работать на благо «сверхлюдей» (которые действительно могут чего-то добиться), а не мракобесной толпы. Приводят даже примеры, мол, лекарство от рака придумывает талантливый гений (который, соответственно, сразу же становится миллионером), а не безмозглое, немытое «быдло». Соответственно, неравенство — морально оправдано, а вот «уравниловка», когда лодыри сидят на шее у нормальных людей — аморально.

У этого вопроса (как и у всякого вопроса о человеке) есть политическое измерение. Современная эпоха наблюдает построение глобального мира: определенный слой людей больше не привязывается к конкретной стране или месту. Сегодня он — в Москве, завтра — в Париже, послезавтра — в Шанхае. Он стал космополитом — но не в том смысле, что для него все люди — братья, идущие к одной цели; нет. Дело не в том, что у него появилось огромное число связей со всеми людьми Земли. Просто все связи его с людьми оборваны. Они ему безразличны. Его интересы связаны с чем-то обезличенным, вроде денег и власти — и оформляются в структурах Транснациональных Корпораций. При том, что СМИ в значительной своей части оказались в руках именно ТНК — то и общественная «точка зрения», транслируемая со всех экранов, только подтверждает такое «наднациональное» мироощущение. Даже если ты не летаешь в Париж, а всю жизнь проводишь, сидя в Томске или Самаре.

Для тебя существуешь только ты сам — на первое, на второе и на десерт. Общественного интереса даже, в общем-то, и нет: ведь какая именно общность имеется в виду? Если страна — то какая? Возможен ли в этих условиях патриотизм — и все, что из этого вытекает: армия, национальная экономика, государственная жизнь?

В такой ситуации можно, конечно, упирать на то, что ни один крупный проект невозможен без общественных усилий. Даже ТНК не вводят же внутри своей структуры неограниченную конкуренцию. В каком-то смысле, человек не может сделать ни шага без культуры, — которая является результатом усилий бесчисленных поколений, живших до него… Однако можно подойти к вопросу и с другой стороны.

Очевидность противостояния индивидуального и общественного интересов — может оказаться на деле только кажущейся. Вопрос не в том, кому и сколько ты должен: «теперича — не то, что давеча». Разговор об обязательствах — слишком «тоталитарный» и «диктаторский» для нашего времени. Достоевский пишет (приходя, правда, к намеренно несколько «искаженным» выводам):

«У меня, например, есть приятель… Эх, господа! да ведь и вам он приятель; да и кому, кому он не приятель! Приготовляясь к делу, этот господин тотчас же изложит вам, велеречиво и ясно, как именно надо ему поступить по законам рассудка и истины. Мало того: с волнением и страстью будет говорить вам о настоящих, нормальных человеческих интересах… и — ровно через четверть часа, без всякого внезапного, постороннего повода, выкинет совершенно другое колено, то есть явно пойдет против того, об чем сам говорил… То-то и есть, господа, не существует ли и в самом деле нечто такое, что почти всякому человеку дороже самых лучших его выгод, или (чтоб уж логики не нарушать) есть одна такая самая выгодная выгода (именно пропускаемая-то, вот об которой сейчас говорили), которая главнее и выгоднее всех других выгод и для которой человек, если понадобится, готов против всех законов пойти, то есть против рассудка, чести, покоя, благоденствия, — одним словом, против всех этих прекрасных и полезных вещей, лишь бы только достигнуть этой первоначальной, самой выгодной выгоды, которая ему дороже всего».

Иначе говоря, не может ли так оказаться, что стремление именно к полнейшему раскрытию собственных интересов, собственных свобод, собственных потенциалов — выведет нас, внезапно, на необходимость следовать общим интересам? Не окажется ли семья, друзья, сограждане — всё это — не бесконечными помехами и препятствиями для самореализации, а элементом, для нее необходимым?

Отказавшись от служения ближним, человек, в лучшем случае, обрекает себя на бесцельное существование. А в худшем — на порочную волю к власти, не имеющую под собой никакого основания.

Нельзя спасти Родину, если не принять всех составляющих её людей — со всеми их недостатками. Парадоксально, но нельзя по-настоящему спасти и себя — не спасая Родину. Индивидуальность, оторванная от внешнего мира — либо иллюзорна, либо больна. Только во взаимодействии с обществом человек может найти себя и не сбиться с пути. И никакие «психотренинги» и «самокопания» не смогут изменить этого простого, но неочевидного факта.

Дмитрий Буянов

Источник: ИА Regnum